И вот сижу я в палатке и слышу, как к ней подошли несколько человек и окружили. Кто-то стал отдавать приказания на ломаном китайском, а потом выругался по-английски. Тут я высунул голову в дверь и крикнул:

– Сопи!

В старой армейской шинели на три размера меньше, чем нужно, и с саблей в руках на три размера больше, Джексон возглавлял отряд охранников. Увидев меня, он чуть не выронил железку:

– Стив! Что ты здесь делаешь?

– Собираюсь побить Джоэла Баллерина на радость Юну Че, – ответил я.

– Значит, вот почему сооружают ринг! Обо всем происходящем знают только высшие офицеры.

– А ты-то что тут делаешь? – перебил Сопи я.

– Да, дурака валяю... Мне надоело стоять за стойкой, и я решил стать наемником. Приехал в Гонконг, пробрался в горы и вступил в армию Юна Че. Но здесь совсем не та жизнь, на которую я рассчитывал. Ничего не имею против боевых действий, потому что в основном – это много крика, немного стрельбы и совсем мало вреда. Но маршировать по этим горам чертовски тяжело, а еда просто отвратительная. Платят нам редко, а когда получишь деньги, тратить их негде. Готов дезертировать хоть за десять центов!

– Послушай, у меня есть для тебя письмо. – Я полез в карман брюк и тут же заорал: – Меня обокрали! Его нет!

– Чего нет? – спросил Сопи.

– Письма. Я разыскивал тебя, чтобы передать письмо. Оно пришло в бар "Америкэн" в Тайнане. Письмо от юридической фирмы "Ормонд и Эшли" из Сан-Франциско.

– Ну и что же было в том письме?

– Откуда мне знать? Я его не распечатывал. Подумал, что кто-то оставил тебе кучу денег или что-нибудь в этом роде.